Работа библиотек Городецкого района в рамках акции-поиск "Забвению не подлежит"

            интернет-ресурс "Живые страницы                               памяти"

Шишков Михаил Афанасьевич

  Родился 2 июня 1923 года. 27 марта 1942 года был призван в армию. Поехал в Забайкалье,
в Агинский бурят-монгольский национальный округ. Был направлен в 4-ый отдельный учебно-танковый полк.

  С марта по июль 1942 года был курсантом. Учился на механика-водителя. С июля служил
в 159 танковой бригаде механиком-водителем. В составе этой бригады был на Юго-Западном фронте.Участвовал в освобождении Литвы, Латвии, Эстонии. Принимал участие в параде Победы в Москве.

  Демобилизовался 12 марта 1947 года. Был награждён орденами:
 
«Отечественной войны 2 ст.»«Красной звезды»; медалями: «За боевые заслуги»
«За оборону Сталинграда»«За взятие Кенигсберга»«За победу над Германией» и юбилейной медалью.

 

Богданов Григорий Алексеевич

  Григорий Алексеевич родился в д. Родителево. Отец и мать- земледельцы. Детей в семье было девять душ, из которых только одна девочка. Григорий  был самый младший. Когда он закончил 4 класса, отец отправил его работать.
  В 1937 году за отказ вступить в колхоз отца арестовали, куда-то увезли, да так и с концами. А через год колхозником стал сам Григорий. Тогда и начал самостоятельно зарабатывать на хлеб.
  Осенью 1941 года  часть колхозников, а среди них и Григорий Богданов, были мобилизованы на строительство оборонительных рубежей. У Чистого болота поодаль от Балахны на «полуторках» подвозили брёвна для сооружения блиндажей. Работали полтора месяца. Вскоре вместе с другими парнями из Заузолья он попадает в рабочий батальон на торфоразработки. Работа была тяжёлая. Для осушения болота рыли большие канавы. Орудия труда - ломы и лопаты. Ладони в кровяных мозолях. За день так уматывались, что спали как убитые. А весной работали по пояс в торфяной жиже. Торф нужен был для Балахнинской ГРЭС. Она подавала в Горький тепло и свет.
  В 1942 году, осенью, Богданова зачислили в состав 1-й воздушной гвардейской дивизии. Командовал её генерал Казанкин.  Григорий служил в сапёрном взводе. Дивизию в апреле
1943 года направили на Калининский фронт в г. Осташков, где попали под бомбёжку.
  Из оставшихся в живых сколотили взвод. Командиром  стал лейтенант Виткин. Жили в шалашах в лесу и каждую ночь делали вылазки- охотились за «языком». Как-то Григорию вместе с товарищем удалось преодолеть заграждения и снять часового. Немцы в отместку организовали разведку боем. Григорий вовремя заметил, как через проволоку прыгают «фрицы», предупредил своих. Немцев встретил огнём. Они отступили и в спешке оставили одного раненого. Это и был «язык».
  В июне 1943 года  взвод Богданова пошёл в наступление. Здесь и случилось…Справа неподалёку от Григория Алексеевича  взорвался немецкий снаряд- словно огненная бочка грохнула. И сразу же по колено отшибло правую ногу. Тут же его подобрали санитары и на плащ-палатке утащили к себе, погрузили на собачью повозку, а затем через болото на тачанке доставили в медсанбат.Григорий Алексеевич полгода пролежал в двух госпиталях. На правой ноге хирурги удалили ему колено - и стала она ещё короче.
  В конце насыщенного событиями 1943 года Григория уволили из армии по инвалидности. Приехал он в родное Родителево. Большинство братьев было на фронте. Мать кормилась работой на усаде. Пенсия у инвалида войны была всего 12 рублей в месяц. Нашёл Григорий себе занятие-
у мужа сестры научился катать валенки. Иван Абрамович Емельянов предложил вчерашнему фронтовику возглавить валяльную колхозную мастерскую. Григорий Алексеевич согласился. Окрылённый доверием, старался, и дело пошло. Под его началом  работало семь человек - старики и молодёжь. Заказы шли. Богданов принимал их и сам тоже валял валенки. И так четыре года.
  А председатель колхоза был человеком думающим, смотрел далеко вперёд. Он знал об увлечении Григория игрой на гармони ещё с детских лет. В Родителево и окрестных деревнях молодёжь и жизни не представляла без гармошки. Вот Иван Абрамович и дал поручение Богданову подыскать баяниста и научиться у него игре.Учителем стал незрячий Семён Николаевич Марулин из Городца. Поселили его в клубе на кухне. Постепенно Григорий стал исполнять на баяне вальсы, фокстроты, танго, кадриль. Учениками у слепого музыканта также были Степан Локтев и сам Иван Абрамович.
 
  В 1958 году в жизни бывшего фронтовика начался новый этап. Он переехал в Городец. Учился у старого мастера Еремея Егоровича Охлопкова мастерству по ремонту музыкальных инструментов. Но ближе всего его сердцу была гармонь. Через год Богданов уже в штате мастерской ремонтно- бытовой артели, которая позже вольётся в КБО. Дело пришлось по душе. Всего ремонту гармошек и других источников музыкальных звуков Григорий Алексеевич отдал 23 года.
  Не забывал он и игру на инструментах. Некоторое время работал баянистом в ДК судоверфи, года два – в составе духового оркестра Городецкого СРМЗ. Но, пожалуй, наиболее интересное, что Богданов самолично стал изготавливать гармони. Овладел этим очень даже непростым делом.
За свою жизнь наш Мастер сделал 36 экземпляров популярнейшего в народе музыкального инструмента. Гармошки с автографом «Г. А. Богданов» наверняка и сегодня живут, радуют и веселят людей в разных уголках России.

 

Самойлова Клавдия Хрисанфовна

  Родилась в д. Решетниково в крестьянской семье. Было у неё четыре брата, все учились в школе №1 им. М. Горького. Весной и осенью ходили пешком в школу, а по зимам жили в Городце на квартирах.
  21 июня 1941 года у Клавдии был выпускной. А 22 июня она пригласила своих одноклассниц на праздничное гулянье в колхозе им. Емельянова, так называемую «стрелку». В лесок собиралась молодёжь из всех окрестных деревень. По дороге в этот лесок девушки и узнали о том, что началась война.
  Клаве предложили поработать в колхозе учётчицей. В августе она поступила в сельскохозяйственный институт на агрономическое отделение. В институте учились одни девчёнки. Вскоре немцы начали бомбить Горький. Во время налётов студентки убегали в подвал института. К весне начались разговоры, что на фронт будут брать девушек. Клава с подружкой Шурочкой Бухариной пошли в военкомат проситься добровольцами в армию. Оказалось, что добровольцы есть во всех вузах.
Из них сформировали команду, и в апреле 1942 года отвезли на автозавод. Здесь стоял зенитный дивизион.Клава стала наводчицей. С помощью специального прибора ловила в небе вражеские самолёты и передавала координаты на батарею.
  Немцы пытались разбомбить ГоГРЭС, чтобы лишить электроэнергии военные заводы г. Горького. Был создан зенитно - артиллерийский полк, в который вошла и Клава. Его разместили кольцом вокруг ГоГРЭС.

  Когда немцев погнали на запад и они перестали бомбить Горький, зенитный полк двинулся за фронтом. Орудия и всё имущество погрузили в товарные вагоны и поехали. Выходить из эшелона не разрешали, но в Смоленске Клава украдкой пошла в город. То, что она увидела в разрушенном городе, ужаснуло её.
  К концу войны Клаве присвоили звание «старший сержант», она командовала отделением наводчиков. В её подчинении было 10 девушек.В Таллин полк повезли не по железной дороге, а на машинах. И это спасло жизни зенитчиков.
 В Таллин прибыли ночью. Немцы бомбили железнодорожную станцию. Развесили осветительные бомбы. Зенитчикам приказали лечь на землю подальше от машин.
  И опять рытьё ровиков и землянок. Опять ночные тревоги и стрельба. В Таллине Клава встретила День Победы.
  Демобилизовалась зенитчица 5 августа 1945 года. И снова поступила на первый курс сельскохозяйственного института. Здесь она встретилась с Шурочкой Бухариной, с которой разминулась в 1942 году. После окончания института Клава поехала в Красноярский край. Работала агрономом отделения совхоза, главным агрономом. А совхозом был величиной с наш район. В  Сибири Клава вышла замуж, родила сына Виктора. Родители стали писать, чтобы она возвращалась домой, так как они постарели и им трудно жить одним. Старший брат умер во время войны. Три других брата вернулись с фронта, но будучи военными, служили в разных городах.
  Клавдия Хрисанфовна решила ехать домой, а муж-сибиряк не захотел ехать на Волгу. Так и осталась она одна с сыном. Работала в колхозе им. Емельянова, в управлении сельского хозяйства. Ютилась по маленьким квартиркам. Когда сын женился и появился внук, горсовет дал семье фронтовички трёхкомнатную квартиру на улице Новой.

Бусарев Александр Маркелович

  Родился в г. Горьком, начинал свою трудовую деятельность на заводе «Красное Сормово», потом перешёл на машиностроительный завод. Но 18-летний слесарь-лекальщик хотел стать кадровым военным и в 1939 году попросил у директора завода направление в военное училище. Тот отказал. Но упрямый парнишка не отступился от своей мечты, написал письмо Ворошилову. Пришёл ответ: «На усмотрение директора». Александр пробился на приём к директору и добился- таки своего – получил направление в танковое училище.
  Закончил он его в 1941 году, но на фронт попал не сразу, а только в 1942 году. На Волховском фронте в Синявских болотах два года вели тяжёлые оборонительные бои. Александр Бусарев был командиром танка, потом командиром взвода. При прорыве блокады Ленинграда был тяжело контужен. После лечения попал в полк самоходных артиллерийских установок на танковых шасси, стал командиром батареи. От Ленинграда пошли на Выборг, к старой границе с Финляндией. В этих боях он и стал кавалером ордена А. Невского.
  А потом были бои за Псков, Прибалтику, Польшу. Под Познанью наши войска окружили большую группировку немцев. Основные войска пошли дальше на запад, а полк, в котором служил Бусарев, почти месяц штурмовал город-крепость Познань. Особенно жаркими были уличные бои. Фашисты отчаянно сопротивлялись, жгли русские танки и самоходки фауст- патронами. Однажды во время боя Бусарев неосторожно выглянул из люка самоходки. Фашистский фауст-патрон попал ему в голову. Бусарев рухнул внутрь самоходки. Но фауст-патрон, к счастью, лишь разнёс в клочья шлем Бусарева, его не ранило, но контузило сильно. Три месяца он не слышал и не говорил, объяснялся записками. В госпиталь не пошёл, следовал за полком во втором эшелоне. За бои под Варшавой Александр Бусарев был награждён орденом Красного Знамени, медалью «За взятие Варшавы» и польской медалью
  До самого Берлина шли с жестокими боями, немцы сильно укрепили подступы к столице. Жаркие сражения шли и в самом городе. Самоходки Бусарева вышли к Рейхстагу и стреляли по нему прямой наводкой. 2 мая поступил приказ прекратить обстрел. В дело пошла пехота. Вскоре враг капитулировал. Александр Бусарев был награждён за взятие Берлина орденом Отечественной войны 1 степени.
  Война для бравого капитана закончилась, но не закончилась служба. Ещё три года прослужил он в Германии. Уговаривали его поступать в военную академию. Но навоевался Александр вдосталь. И хотел одного- заняться мирным трудом. Вернулся на свой родной сормовский завод, стал работать мастером на строительстве судов, женился, четверо детей уже появилось у него. И вдруг в 1955 году вызывают Александра Маркеловича в обком партии и предлагают поехать на село, укреплять колхозы. 
  Так бывший танкист, судостроитель стал руководителем на селе. Колхоз, где его выбрали председателем, находился в Линдовском районе. Колхоз по тем временам был большой, 4 деревни, но «лежачий», коровы от голодухи на верёвках подвешены, овцы дохли. Но народ хотел жить лучше, поддержал нового председателя, дела стали поправляться. Бусарев купил дом, перевёз семью из города. Потом началось укрепление колхозов, деревни эти передали в Городецкий, потом в Борский район. Александр Маркелович работал заместителем председателя колхоза, снова председателем колхоза, управляющим отделением совхоза «Сормовский пролетарий».
  А потом вдруг решил круто переменить судьбу. Увидел объявление о переселении в Амурскую область и со своей  семьёй, снявшись с насиженного места, махнул туда. Там ему не повезло, заболел энцефалитом, долго болел, но всё же поправился. Лет пять прожили Бусаревы на Дальнем Востоке, а потом жена запросилась домой, к старым родителям. Вернулись, устроился заведующим гаражом в линдовском совхозе но тут снова подвернулось объявление- в Городецком районе строят пансионат. Решил поехать туда, устроился заместителем директора, проработал до пенсии, да так и остался жить тут, среди сосен и ёлок, в небольшом посёлке пансионата.

Память — наша совесть

Опять война, 
Опять блокада... 
А может, нам о них забыть?

Я слышу иногда: 
«Не надо, 
Не надо раны бередить». 
Ведь это правда, что устали 
Мы от рассказов о войне 
И о блокаде пролистали 
Стихов достаточно вполне.

И может показаться: 
Правы 
И убедительны слова. 
Но даже если это правда, 
Такая правда — 
Не права!

Чтоб снова 
На земной планете 
Не повторилось той зимы, 
Нам нужно, 
Чтобы наши дети 
Об этом помнили, 
Как мы!

Я не напрасно беспокоюсь, 
Чтоб не забылась та война: 
Ведь эта память — наша совесть. 
Она, 
Как сила, нам нужна... 
(Ю. Воронов)

 

акция-поиск Забвению не подлежит /documents/pamjat-veterany_vov-f-25.doc